Раневская Фаина Георгиевна

Раневская Фаина Георгиевна

   Досье:

Фаина Георгиевна РАНЕВСКАЯ

(Настоящее имя Фанни

Гиршевна Фельдман)

15 (27).08.1896 - 19.07.1984.

Избранная фильмография:

 «Пышка» (1934)

«Дума про казака Голоту» (1937)

«Ошибка инженера Кочина» (1939)

«Подкидыш» (1939)

«Человек в футляре» (1939)

«Любимая девушка» (1940)

 «Мечта» (1941)

«Как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем» (1941)

«Александр Пархоменко» (1942)

«Новые похождения Швейка» (1943)

«Родные берега»

(новелла «Три гвардейца»)(1943)

 

 

«Свадьба» (1944)

«Небесный тихоход» (1945)

«Слон и верёвочка» (1945)

«Весна» (1947)

«Золушка» (1947)

«Рядовой Александр Матросов» (1947)

«Встреча на Эльбе» (1949)

«У них есть Родина» (1949)

«Девушка с гитарой» (1958)

«Осторожно, бабушка!» (1960)

«Лёгкая жизнь» (1964)

«Первый посетитель» (1965)

«Сегодня — новый аттракцион» (1966)

 

Фаина Раневская (урожденная Фельдман) родилась 15 (27) августа 1896 года в Таганроге в состоятельной еврейской семье. Родители — уроженец местечка Смиловичи Игуменского уезда Минской губернии Гирш Хаимович Фельдман (1863—?) и уроженка Лепеля Витебской губернии Милка Рафаиловна Заговайлова (1872 — после 1957) — поженились 26 декабря 1889 года. Помимо Фаины в семье было три сына (Яков, Рудольф и Лазарь) и дочь Белла. К моменту рождения Фаины её отец, почётный член Ведомства учреждений Императрицы Марии, был владельцем фабрики сухих и масляных красок, нескольких домов, магазина строительных материалов и парохода «Святой Николай».

Фаина Раневская  (справа)

В 1898 году семья переселилась в заново выстроенный отцом дом по улице Николаевской 12, до того принадлежавший купцу Михаилу Николаевичу Камбурову. Фаина Раневская, которая затем всю жизнь едва сводила концы с концами и страшно стыдилась долгов, была дочерью миллионера. Ее отец, Гирш Хаимович Фельдман, был одним из самых богатых предпринимателей Таганрога, владел фабрикой, несколькими домами, магазином и пароходом. Именно на нем вся семья, кроме непокорной Фанни, решившей остаться в России и делать карьеру актрисы, уплыла в Турцию, подальше от революционных беспорядков.

Фаина Раневская в молодости

В начале 1960-х ее сестра Изабелла вернулась из парижской эмиграции. После смерти мужа обнаружила, что она совершенно одна на свете, к жизни не приспособлена и решительно никому не нужна. Вспомнив о своей великой сестре, написала ей трогательные строчки, жаловалась на одиночество, тоску и скорую смерть. Просилась в Москву. Раневская обсуждала возможность ее приезда в СССР на самом верху - официально сестра считалась белоэмигранткой. Помогла ей Фурцева. Как вспоминали очевидцы, в свои шестьдесят с лишним она была необычайно хороша собой. Дом на Котельнической набережной ходил ходуном: всем хотелось посмотреть на прекрасную парижанку.

Обучалась в таганрогской Мариинской женской гимназии, так и не окончив её. В то же время Фаина получила обычное для девочки из обеспеченной семьи домашнее воспитание, обучалась музыке, пению, иностранным языкам, любила читать. Увлекалась театром с 14 лет, посещала занятия в частной театральной студии А. Ягелло (А. Н. Говберга). В 1915 году уехала в Москву. Раневская жила в маленькой комнатке на Большой Никитской. Именно в эти годы она познакомилась с Мариной Цветаевой, Осипом Мандельштамом, Владимиром Маяковским, произошла её первая встреча с В. И. Качаловым. Из воспоминаний самой Раневской, она была влюблена в Качалова и восхищалась его игрой. Родители и брат Раневской в послереволюционные годы покинули Россию и поселились в Праге. Ни в одну известную театральную школу Фаину не приняли — говорили, что нет способностей. Но девушка не сдалась, сама оплачивала частные уроки, перебиваясь с хлеба на воду, устраивалась в провинциальные театры — в массовку. Однажды осенью молоденькая Фая Фельдман подписала на актёрской бирже контракт на работу в керченской труппе мадам Лавровской. Актриса приглашалась «на роли героинь-кокетт с пением и танцами за 35 рублей со своим гардеробом».

Фаина Раневская

Не окончив частную театральную школу, играла во многих театрах, начиная с провинциальных. Её учителем была Павла Леонтьевна Вульф. Театры, в которых служила Фаина Раневская: 1915 - Подмосковье (Малаховский дачный театр); 1915-1916 - Керчь, Феодосия. Работа в Керчи не задалась — почему-то публика не проявила должного внимания к новой труппе, но там она однажды совершала прогулку с неким «опытным трагиком» из театра Лавровской на гору Митридат. По пути на гору решили заглянуть в банк (мать Раневской тайком от отца посылала дочери денежные переводы). Фаина Георгиевна вспоминала: «Когда мы вышли из массивных банковских дверей, то порыв ветра вырвал у меня из рук купюры — всю сумму. Я остановилась, и, следя за улетающими банкнотами, сказала: — Денег жаль, зато как красиво они улетают! — Да ведь Вы Раневская! — воскликнул спутник. — Только она могла так сказать! Когда мне позже пришлось выбирать псевдоним, я решила взять фамилию чеховской героини. У нас есть с ней что-то общее, далеко не всё, совсем не всё...»

1916-1917 - Ростов-на-Дону; 1918-1924 - Передвижной «Первый советский театр»; 1924 - театр Московского отдела народного образования; 1925—1927 и 1929—1931 - Бакинский рабочий театр; 1927 - Архангельский драматический театр; 1927-1928 - Смоленский драматический театр; 1928-1929 - Сталинградский драматический театр; 1931-1935 - Камерный театр (Москва); 1935-1939 - Центральный театр Красной Армии; 1943-1949 - театр драмы (ныне им. Маяковского); 1955-1963 - театр им. А.С. Пушкина; 1949—1955 и 1963—1984 - театр им. Моссовета. Пребывание Раневской в Театре им. Моссовета сопровождалось частыми конфликтами с главным режиссёром Ю. А. Завадским (что нашло отражение в многочисленных фольклорных рассказах и анекдотах), которые порождало несходство творческих методов: решение ролей, предлагаемое Раневской, было органично скорее театру брехтовского типа.

Раневская театрально переосмысляла и собственную повседневную жизнь, превращая её порой в своеобразный трагикомический «спектакль»; в этой особенности кроется секрет её сугубо личной популярности, независимо от сценической известности. Весьма своеобразный стиль речи и поведения Раневской оказался зафиксирован в большом по объёму фольклоре, где не все эпизоды вполне достоверны. Многие высказывания Раневской (равно как и приписываемые ей) превратились в крылатые выражения, чему способствовали ёмкость и образность, равно как и отсутствие «внутренней цензуры», свобода суждения (например, в виде присутствия сниженной лексики). Стилистическое чутьё позволяло Раневской выступать в жанре пародии, причем не только сценической. Известен цикл пародийных писем вымышленного ею провинциала А. Кафинькина, адресованных журналистке Т. Тэсс. Актриса любила читать Пушкина и, по её собственным воспоминаниям, «у них с Анной Андреевной Ахматовой была общая страсть — Пушкин».

В фильме «Подкидыш» (1939)

Советская актриса театра и кино, современными журналистами, именуется «одной из величайших русских актрис XX века» и «королевой второго плана». В современном общественном сознании Раневскую чаще всего связывают со множеством её собственных афоризмов, большинство из которых стали «крылатыми». Один из биографов Фаины Георгиевны Матвей Гейзер писал: «Самое парадоксальное в актерской судьбе Раневской — то, что она сыграла в театре и кино десятки таких ролей, о которых писатель-юморист Эмиль Кроткий заметил: "Имя его не сходило с афиши, где он неизменно фигурировал в числе "и др."». Несмотря на небольшие, а порой и вовсе эпизодические роли, созданные ею образы зрители и режиссёры заприметили сразу. Актриса стала известной уже после своей первой кинороли — госпожи Луазо в немой драме Михаила Ромма «Пышка» (1934). Однако в кино она играла не так часто, как в театре, поясняя: «деньги съедены, а позор остался». Тем не менее, на киноэкране Раневская перевоплощалась в немалое количество персонажей — она была, помимо прочих, вспыльчивой дамой Лялей в комедии «Подкидыш» (1939), экономкой Маргаритой Львовной в музыкальной комедии «Весна» (1947) и злой мачехой в классической сказке «Золушка» (1947).

В фильме «Александр Пархоменко» (1942)

Примечательным низким голосом Раневской говорит «домомучительница» Фрекен Бок в мультфильме «Карлсон вернулся» (1970). Почти четверть века Фаина Георгиевна играла в театре имени Моссовета, на сцене которого исполнила свои самые прославленные театральные роли: миссис Сэвидж («Странная миссис Сэвидж») и Люси Купер («Дальше — тишина»). Итогом 60-летней актёрской карьеры Раневской стали несколько десятков ролей на сцене и около 30 — в кино. За свою деятельность актриса удостоена звания народной артистки СССР (1961) и трёх Сталинских премий (1949, 1951 — дважды). Фаина Георгиевна скончалась 19 июля 1984 года в Кунцевской больнице Москвы после перенесённых инфаркта и пневмонии. В родном для Раневской Таганроге различными способами увековечена память актрисы: её именем названа одна из улиц, установлен памятник, а на доме, где она родилась, висит мемориальная доска. В 1992 году английская энциклопедия «Кто есть кто» включила Фаину Георгиевну в список десяти самых выдающихся актрис XX века.

В фильме «Свадьба» (1944)

Фраза «Муля, не нервируй меня!» всю оставшуюся жизнь преследовала Раневскую. Так кричали мальчишки при виде её на улицах, эту фразу первой вспоминали при знакомстве с ней. Даже Леонид Брежнев на вручении ей в 1976 году (в связи с 80-летием) ордена Ленина вместо приветствия сказал: «А вот идёт наш Муля, не нервируй меня!». Раневская ответила: «Леонид Ильич, так ко мне обращаются или мальчишки, или хулиганы!». Генсек смутился и добавил: «Простите, но я Вас очень люблю». Фаина всегда была самокритичной, ей принадлежит известное высказывание: «Талант — это неуверенность в себе и мучительное недовольство собой и своими недостатками, чего я никогда не встречала у посредственности».

Худсоветы и комиссии, в присутствии которых приходилось играть, в то время были обычным делом, когда вместо любящей артиста аудитории на него смотрели «вершители судеб». Часто после таких выступлений артист находился «в зажиме», но никак не Раневская: «Играю скверно, смотрит комитет по Сталинским премиям. Отвратительное ощущение экзамена». Фаина Георгиевна мечтала сыграть у Эйзенштейна и в 1944 году была утверждена на роль Ефросиньи Старицкой в фильме «Иван Грозный», однако её не утвердили высшие органы. Роль получила Серафима Бирман. Вину Раневская перекладывала на «пятый пункт в паспорте», в то время как у Бирман в этом пункте стояло: «молдаванка».

В фильме «Весна» (1947)

Раневская переживала трагическую смерть Соломона Михоэлса, их связывала искренняя дружба. В своих воспоминаниях актриса описывает диалог, в котором с присущим только ей юмором она сказала Михоэлсу: «Есть люди, в которых живёт Бог, есть люди, в которых живёт дьявол, а есть люди, в которых живут только глисты. В Вас живёт Бог!». На что режиссёр ответил: «Если во мне живёт Бог, то Он в меня сослан». Раневская очень боялась, что ей могут предложить сотрудничать с КГБ — в то время это было распространено. Один её знакомый посоветовал в случае, если такое предложение поступит, сказать, что она кричала во сне. Тогда она не подойдёт для сотрудничества и предложение будет снято. Однажды, когда Фаина Георгиевна работала в Театре имени Моссовета, к ней обратился парторг театра с предложением вступить в партию. «Ой, что вы, голубчик! Я не могу: я кричу во сне!» — воскликнула Раневская. Слукавила она или действительно перепутала эти департаменты, можно только догадываться.

В фильме «Золушка» (1947)

Принимала участие в озвучивании мультфильмов (Фрекен Бок в «Карлсон вернулся»). В конце жизни Фаина Георгиевна с горьким сарказмом написала: «Когда умру, похороните меня и на памятнике напишите — умерла от отвращения». Фаина Раневская скончалась 19 июля 1984 года на 88-м году жизни, а (по другим источникам — 20 июля). Семьи у неё не было. Единственным существом, скрасившим её одиночество, был пёс по имени Мальчик — подобранная на улице дворняжка. Похоронена актриса на Новом Донском кладбище в Москве вместе с сестрой Изабеллой. На могиле круглый год можно видеть живые цветы, приносимые почитателями её таланта. На памятнике установлена маленькая фигура её любимого и верного пса Мальчика.

Могила Фаины Раневской

Великая актриса так и не оставила после себя мемуаров. В 1970-х годах она взялась за книгу, соблазнившись на аванс, за который можно было купить новое пальто, но так и не закончила ее. Три года она писала, перечитывала написанное, рвала рукопись в клочья, и в конце концов заявила: «Не хочу обнародовать жизнь мою, трудную, неудавшуюся, несмотря на успех у неандертальцев и даже у грамотных... То, что актер хочет рассказать о себе, он должен сыграть, а не писать мемуаров». Личная жизнь Фаины Раневской: Как рассказывала сама актриса, в 19 лет она была влюблена в первый и в последний раз - в своего молодого коллегу. Решив проявить инициативу, она пригласила его в гости. Для нее был шок, когда тот пришел пьяный, с подругой и попросил ее погулять, оставив их одних. Она долго не могла оправиться после такого случая, испытывая к мужчинам ненависть и презрение. Впоследствии у нее было много друзей-мужчин - Утесов, Вульф, Ильинский - но именно как друзей. Также был один особенно близкий мужчина - актер и режиссер Александр Румнев. Они часто проводили вместе вечера, но никто не может сказать точно, были ли они близки в интимном смысле.

Александр Румнев - близкий друг Фаины Раневской

Был у Фаины Георгиевны еще один друг - знаменитый пес Мальчик. Она нашла его на улице - в лишаях, с вмерзшими в лед лапами. В ветлечебнице Раневской сказали: «Его надо немедленно усыпить, он просто опасен». Она умоляла, говорила, что не уйдет без него. Спасли его врачи только ради актрисы. Ее стараниями Мальчик превратился в дорогое комнатное существо с довольно скверным характером. У него были кривые лапы, огромное брюхо и седой хвост. "Мой Мальчик стареет с хвоста", – говорила она. Мальчик - единственное существо, разделившее последнее одиночество Раневской, в т.ч. ее бессонные ночи - именно ему читала она французских лириков и русских классиков. Чтобы не оставлять пса, Раневская отказывалась от домов отдыха и летних поездок на дачи. Соседи всегда знали, когда идет ее спектакль.

Фаина Раневская (слева) и Светлана Майорова с псом Мальчиком

В эти часы Мальчик громко выл. Она брала его на репетиции. Для этого была разработана довольно сложная система: Мальчика привозили в театр, давали понять, что с хозяйкой не случилось ничего особенного, а затем стремительно возвращали домой. Своего Мальчика она оставила в наследство Светлане Майоровой. Когда Фаины Георгиевны не стало, Мальчик переехал на Котельническую набережную. Фаина Георгиевна брала его в театр – Майорова вынуждена была брать на лекции в институт. Оставаясь в одиночестве, он так же неистово выл. Прожил пес около пятнадцати лет. Его похоронили во Внукове - там, где Раневская всегда любила бывать и где однажды отдыхала летом со своей сестрой Изабеллой.

Памятник Ф. Раневской в роли Ляли из фильма «Подкидыш», г. Таганрог.

kinofan.ucoz.club © 2018